В Китае, Японии, Корее и во Вьетнаме понятие воинских искусств наполнялось совсем иным смыслом и пониманием, нежели на Западе. Со временем западный мир все же внес свои коррективы в миропонимание кэмпо. Но по прежнему, не победа над противником, и даже не материальная выгода конечная цель изучения кэмпо, а победа над самим собой, преодоление собственных слабостей и недостатков. Самосовершенствование и развитие личности были и остаются самоцелью. Раньше школа кэмпо становилась школой жизни со строгой системой ценностей и сформированным мировоззрением, сегодня все гораздо проще, но успех дела всегда зависит от стремлений человека, вставшего на путь боевых искусств. Система обучения в кэмпо, как Небо от Земли, были далеки и от спорта, и от военно-прикладных дисциплин. Впрочем, эта аллегория точно отражает положение дел в восточной космологии, где человек —порождение Неба и Земли, — сочетает в себе оба начала, так и классические воинские искусства со временем нашли применение и в спорте, и в кровавых битвах, но ни то, ни другое не определяет их изначальной сущности. Целью восточных тренировок всегда было достижение единения между Духом и телом, когда нет разницы между высшим, духовным миром и физической реальностью. Сочетание динамических тренировок с медитативными практиками было неотъемлемой частью любой школы, практикующих духовное сосредоточение, самоконтроль и созерцание.

С появлением огнестрельного оружия рыцарские единоборства в Европе стали исчезать, но техника боя с холодным оружием не выродились, ни в Японии после революции Мейдзи, когда самураям запретили носить мечи; ни в Китае, ни даже в рациональной Европе, которая поставила на успешную коммерческую основу бокс и фехтование на рапирах. Ведь дело было не только в приемах борьбы, каждая традиция сохранила самое дорогое. Мастера кэмпо неизменно становились героями народных преданий и легенд, романов и поэм, являя собой пример для подражания. Среди подобных героев можно выделить странствующих рыцарей — защитников слабых и угнетенных, выдающихся военачальников, предводителей народных восстаний, профессиональных телохранителей и охранников купеческих караванов, вольных самураев-ронинов, монахов-ямабуси, лазутчиков-ниндзя, основателей и наставников различных школ воинских искусств. В наши дни, интерес к боевым искусствам не ослабевает, выдающиеся мастера боевых искусств продолжают покорять сердца зрителей своим, доведенным до совершенства, не без помощи трюков и дублеров, боевым мастерством с экранов кинотеатров.

Несколько столетий назад воинские искусства требовали в жертву жизнь от человека, решившего встать на Путь. Девизом было: «Все или ничего!».

Буси-до, —любили проводить параллель старые мастера, — это кипяток — стоит ослабить огонь в груди, и кипяток превратится в простую воду. Но адептам воинских искусств не обязательно быть суровыми подвижниками, лишенных радости жизни. Зажженное пламя из внутренней энергии, не сжигает — оно дарит тепло и свет. Процесс самопознания по мере освоения воинских искусств обостряет восприимчивость человека к прекрасному, к живой природе, к искусству, культивируя рождение поэтов, художников, философов, стратегов, а современный мир добавил, и талантливых бизнесменов—менеджеров, программистов, дизайнеров, предпринимателей, руководителей высшего уровня.

В истории дальневосточной цивилизации понятия «Вэн» — культура и «У» —воинственность не только соприкасаются друг с другом, но и тесно переплетаются, образуя тандем единства духовного и физического, искусств изящных и воинских, Инь и Ян. В комплексе Конфуция «Лю И» — 6 искусств наряду с каллиграфией, музыкой, математикой и этикетом значились также управление колесницей и стрельба из лука. В действительности значение воинских искусств в жизни общества было велико. Даже расчетливые европейцы уделяли фехтованию и боксу большое внимание, — что же говорить про Азию, где изящные искусства олицетворяли духовную жизнь образованного человека, а второй, физической половиной, несомненно, оставались для Японии, Китая, Кореи и Вьетнама воинские искусства во всей их сложности и многоплановости. Легендарный фехтовальщик Миямото Мусаси был прекрасным художником, а Ли Во, великий поэт эпохи Тан, — прекрасным фехтовальщиком. Лучший теоретик воинских искусств Японии, дзэнский патриарх Такуан писал глубокомысленные наставления по боевым искусствам, стихи и эссе. Китайские трактаты и наставления по кулачному бою — это впечатляющие поэмы с красочными сравнениями и изящными метафорами. В Японии на дипломах самурайских военных школ красовались пейзажные рисунки — «танка»...

Чувство ритма, столь необходимое в воинских искусствах, роднит их с музыкой. Человек постигает свою природу, входя в ритм бесконечных превращений, ощущая пульсацию мироздания в собственном сердце. Да и весь процесс изучения кэмпо, от азов до вершины, похож на занятия музыкой. Вначале ноты, скучные гаммы и этюды, а потом сложные пьесы и захватывающие симфонии. Наиболее одаренные мастера творят подобно композиторам, добиваясь нового звучания тела и духа в едином ритме Вселенной. Ведь, настоящий мастер, и этот идеал сохраняется до сих пор, в равной степени владеет мечом и кистью, знает чайную церемонию и искусство аранжировки цветов. Он или она искусный стратег и мыслитель, избегающий бутафории и фальши, престижа и тщеславия. Это разносторонне и гармонично развитая личность, консолидирует вокруг себя единомышленников своей мудростью и глубиной понимания жизни.

И, подобно птице в небе, — мастер единоборств в потоке жизни. И нет предела Совершенству!